02.08.2013 Новости, Государство и ИТПригород Рязани, выходной день, июль 2013-го. Городское кладбище, одно из. Закрыто в 80-е, потому что на нем не стало места хоронить. Рядом, километрах в пяти, еще одно, новое. Мне предстоит найти могилу по имени покойного и году захоронения. Захожу в контору. В интерьерах середины прошлого века сидит аутентичный комендант, невредная тетка лет шестидесяти. – Только год? А месяц не знаете? Через час, не раньше, мне всю книгу надо просмотреть! Если и найду, место не скажу. Скажу пять фамилий до и пять фамилий после, будете сами смотреть, если какую фамилию увидите, значит, и ваш неподалеку. – Понятно. А новых покойников тоже в книгу пишете? Компьютера нет? – Откуда у нас компьютер. Пока комендант ищет запись (так и не найдет), еду на новое кладбище. Там ощутимый прогресс: в книге фиксируется место захоронения. Вопрос о компьютере тамошний комендант оставила без ответа, сочтя риторическим. И правильно, что я, сам не вижу, что ли, что нет никакого компьютера? Этот пример не кажется вам характерным для вставшей с колен и отращивающей IT-рынок России? Ладно, вот еще один: московский «Спартак». Июньская продажа сезонных абонементов. Болельщики, сжимая купюры (одиннадцать, на минуточку, тысяч рублей, если в центральный сектор), предъявляют сотруднику любимого клуба анкету и паспорт. Сотрудник все это «вбивает в компьютер», минуты две-три. На продажу отведено четыре дня при двух точках продаж и 10 тысячах страждущих. Что из этого получается, понятно, скажите Яндексу ...
читать далее.
